Top.Mail.Ru
Последняя информация о COVID-19
Евгений Козловский: «Я снял, дурак!»
18 июня 2010 в 20:19

Евгений Козловский: «Я снял, дурак!»

Евгений Козловский: «Я снял, дурак!»Именно этими словами фотографы называли только-только появившиеся (в комиссионках) первые, плёночные еще, «мыльницы-автоматы». Еще бы: как их не оскорбить насмешкой?! — ведь они на раз обесценили долгий фотографический опыт: умение выставить правильную экспозицию (которое, правда, было поколеблено еще раньше,— с появлением сперва отдельных, после — встроенных — экспонометров), быстро и верно наводить «на резкость» (на глазок, по шкале; через двухцветные дальномеры или по мутному матовому стеклу первых зеркалок); задавать нужную глубину резкости, рассчитывать, наконец, мощность вспышки… Всё это уходило псу под хвост: каждый — за не слишком головокружительную сумму — получал в руки то, что прежде давалось упорным обучением и долгим опытом. Оно конечно, «мыльницы» производили снимки усредненные, как правило — лишенные индивидуальности,— но в параллель им уже шли и серьезные зеркалки, снабженные практически всеми автоматическими примочками мыльниц,— только отключаемыми или включаемыми по выбору.

Дальше — больше. Появились цифровые камеры. Те, что посерьезнее,— за деньги вполне головокружительные. Те что попроще — тоже не даром и с рядом ограничений. По чувствительности, например. Или по неотключаемости автоматики. По сложному кадрированию, поскольку дисплей-видоискатель на ярком солнце становился совершенно слепым. Однако цифра сняла с фотографов еще два важных ограничения: ограничение по пленке (стало возможным, однажды заплатив за карточку, уже не думать о количестве кадров, которое «можно себе позволить»), и — по неизвестности результата: он представал перед фотографом практически в миг съемки,— и многое можно было тут же и переснять. Не всё, конечно,— исключительный момент, длящийся долю секунды, уже не вернешь,— но, повторим, очень многое. Для особых же любителей «ловить долю секунды» появились аппараты и с огромной (десяток и больше кадров в секунду) скорострельностью и непрерывными сериями до сотни кадров, а специальные (но всё равно — вполне бюджетные) фотоаппараты давали и заметно больше! Например, Casio EX-F1 умеет снимать со скоростью 60 полноценных кадров в секунду! Что же касается чувствительности,— одна из последних камер от Canon позволяет выставить ее аж в ISO 102400, то есть выше чувствительности глаза! Таким образом,— учитывая и всё наращиваемую мощность объективов,— свобода фотографа оказалась практически не ограниченной. Ничем! Никакими световыми условиями съемки, никаким расстоянием до объекта. Более того: чтобы «не портить» снимки, некоторые аппараты научились распознавать не просто лица, но даже ловить их в момент улыбки…

Другими словами, фотографу оставили только решение сугубо творческих задач. То есть — самое сложное.

Как ни парадоксально,— чем проще стала техническая сторона, тем сложнее — творческая. Когда фотограф «считал» пленку, когда решал экспозиционные и прочие технологические задачи,— он соразмерял их сложность с ожидаемым результатом. То есть — пусть подсознательно, а все-таки думал о творческой стороне. Теперь же, ничем технически не ограниченный, он стал, что называется, «стрелять от пояса» — и получал в результате — как правило — такую массу чуши, из которой выловить что-то случайно стоящее почти невозможно. Помните анекдот про машинистку, пришедшую наниматься на работу? «Я печатаю 1000 знаков в минуту. Правда, такая фигня получается…»

Но это — только одна сторона прогресса. Есть и другая, касающаяся на сей раз как раз творчества. С одной стороны, сегодня каждый, кто хочет снимать, имеет такую возможность — без разорительных трат, без смены профессии и образа жизни. С другой — этот каждый может разместить плоды своего творчества в Сети,— на всеобщие радость и обозрение. При этом сама такая возможность привела к резкому росту не только количества, но и качества фотографий: люди смотрят и обучаются. И можно отобрать из Сети кучу фотографий, сделанных практически совершенно: по сюжету, по композиции, по колориту, по всему, что угодно. Единственным их недостатком можно считать разве что их… художественную ничтожность. Их… ожидаемость. Их… вторичность. Даже когда они подражают признанным шедеврам, причем подражают — великолепно.

Искусство непременно должно открывать что-то новое! Должно раздражать. Шокировать. И для этого надо быть художником. Бузотёром. Что это такое? Откуда берется? Этого не знает никто, но явление всегда редчайшее. Но если раньше человек, чувствующий себя художником, готов был на любые жертвы, чтобы проявиться,— сейчас никаких жертв от него не требуется (одно это способно остановить человека, чувствующего себя художником, от реализации!). И его произведения,— если и впрямь неожиданно художественны,— просто скорее всего затеряются в невообразимой массе вполне качественных снимков. Повторяющих иной раз классику, иной раз — самый распоследний модерн!

В момент, когда фотографии стали столь доступны, они практически перестали представлять иной интерес, кроме сугубо информационного. Сделанный на мобильник мутный снимочек уникального события становится важным и интересным. Правда, как правило, совсем ненадолго. И практически никогда — художественным. Фотография из чисто технологического явления эпохи Дагерра,— пройдя через столетие художественничества,— вернулась назад, к технологии. Технологии фиксации. А не способа познавать мир. Чем всегда и занимались художники.

Вот оно, будущее фотографии, видимое из сегодня. Остается надеяться, что завтра спираль сделает еще один виток и вернет фотографию в художественную область. К «езде в незнаемое».

Специально для Trendclub.ru

221
Комментарии (2)

Выберите из списка
2011
2011
2010
2009