1-я всероссийская научная конференция "АНТРОПОЛОГИЧЕСКАЯ...
5 марта 2009 в 11:31

1-я всероссийская научная конференция "АНТРОПОЛОГИЧЕСКАЯ СОРАЗМЕРНОСТЬ ", 27-28 марта 2009 года, г. Казань

ФЕДЕРАЛЬНОЕ АГЕНТСТВО ПО ОБРАЗОВАНИЮ
ГОСУДАРСТВЕННОЕ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ
ВЫСШЕГО ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ
КАЗАНСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ТЕХНОЛОГИЧЕСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ
КАФЕДРА ФИЛОСОФИИ
1-я всероссийская научная конференция
"АНТРОПОЛОГИЧЕСКАЯ СОРАЗМЕРНОСТЬ "
27–28 марта 2009 года (пятница-суббота)
Конференция проводится в формате одной секции. Рассматривается проблема антропологической соразмерности с античности до наших дней. Имеется в виду соразмерность ипостасей Человека (телесной, душевной, интеллектуально-рациональной, творческой, духовно-метафизической) его социокультурному окружению. Для лучшего понимания идеи к данному письму прилагается текст пленарного доклада председателя Оргкомитета конференции профессора Курашова В.И. До 24 марта представляются названия докладов или/и тезисы объёмом до 1 страницы через 1,5 интервала, кегль 14 в формате rtf по адресу #
К 15 апреля участники представляют полный текст доклада, который будет опубликован в сборнике материалов конференции в июне 2009 года.
Иногородние участники могут согласовать место и стоимость проживания с Лифантовой Оксаной Николаевной по телефону 8–9033071620 
Начало работы конференции — 27 марта, 10.00, ул. К. Маркса, д.72, корп. Б, Актовый зал Регистрация участников: 26 марта с 10 до 17 часов на кафедре философии в корпусе А, комната 414; 27 марта с 9 до 9.30 в Актовом зале корпуса Б.
Для участников конференции не предусматривается организационный взнос и оплата публикации материалов. Участникам конференции — авторам учебной литературы по философии (учебники, учебные пособия, учебные программы) — будет предоставлена возможность презентации их трудов.
Председатель оргкомитета конференции: заведующий кафедрой философии КГТУ, доктор философских наук, профессор Курашов Владимир Игнатьевич.
Секретарь оргкомитета: Мустакимова Флёра Сибгатовна.
Контактные телефоны: тел/факс (843) 231-42-22 и (843) 231-43-12
Почтовый адрес: 420015, г. Казань, ул. К. Маркса, д.68, Казанский государственный технологический университет, кафедра философии (корпус А, комната 414).

КОНЦЕПЦИЯ АНТРОПОЛОГИЧЕСКОЙ СОРАЗМЕРНОСТИ
В.И. Курашов
Осмысление деревянной архитектуры, особенно деревянного жилища, привели меня к предмету комплексных исследований (естественнонаучных, технических, социально-гуманитарных и, конечно, философских), который, я думаю, можно назвать антропологической соразмерностью. Речь идет о соразмерности человеку, или о приемлемости того, что связано с жизнью его тела, души, с творческим, интеллектуальным и духовным началами. Уверен, что антропологическая соразмерность ― широкое поле мультидисциплинарных исследований.
Жилище В качестве первого примера для пояснения идеи антропологической соразмерности возьму деревянное жилище России. Речь здесь, конечно, пойдет о хорошем жилье — срубе, а не о землянках. Архитектура — такой вид искусства, целью которого является создание материального мира, отвечающего утилитарным, эстетическим, душевным и духовным потребностям человека. Словом, это средство и способ существования, среда реализации человеческих взаимоотношений. Архитектура являет нечто близкое духу народа в конкретное время и конкретном месте. Архитектура может, конечно, являть и самодурство, власть и/или деньги имущих, но не о том здесь речь. Выбор архитектурных решений коренится в жизнеполагающем понятии «жилье». Выбор типа жилья несет в себе смысл ценностных ориентаций людей: понимание прекрасного и безобразного, жизнеутверждающего и угнетающего, свободы (в том числе пространственной и творческой) и закрепощенности. Все это в целом вмещается в понятие «экология человека» (здесь «экология» берется в буквальном, этимологическом смысле как «учение о жилище»). Можно сказать, что «архитектура жилища» — это понятие, имеющее смысл не только технический, исторический, искусствоведческий, культурологический, этнокультурный, но и философский, метафизический. Все эти подходы можно совместить в ключе понятия «антропологическая соразмерность». Деревянная архитектура России с её разнообразной резьбой и растительным окружением — уникальное эстетическое явление культуры. В ней в гармонической целостности живет красота природная и рукотворная, которую в каменно-железобетонной архитектуре 20–21 веков вытеснил голый эстетизм в формах, характеризующихся такими понятиями как «прагматизм», «утилитаризм», «конструктивизм», «функционализм» и т.п.
Дом, изба, избушка на курьих ножках, избушка лубяная (как противоположность избушки ледяной) и, наконец, домовина (гроб) — эти «древесные» понятия выступают как архетипы народного сознания, сформировавшегося в таком своеобразном природном месте, как Россия. Лес и его умирание, деревянная постройка и ее ветшание — явления цикличности природы, становления и разрушения, с которыми человек органично сочетается, с одной стороны, и противостоит им, создавая извечно прекрасное — с другой. Особый тип деревянного строения ― баня, которая была неотъемлемой частью российской жизни, обычно у каждой семьи в селах и деревнях — своя. Как человек видит мир, так он и строит свое жилище и организует пространство вокруг него. Здесь достаточно знать принцип организации жилища, например, в Японии и сравнить его с деревянным жилищем в России — тогда становится понятным, что жилище выражает мировоззрение народа и его ментальность. Дерево ― уникальный природный строительный материал. Оно легко обрабатывается, относительно долговечно. В доме, построенном из дерева, летом прохладно, зимой — тепло. Дерево не выделяет вредных веществ, поэтому в деревянных домах легко дышится, и, говорят — его хозяева меньше болеют. Таким образом, дерево не просто совместимо с человеческим существованием, а благоприятно для него. Мир деревянной архитектуры оказался миром вне господствующей «железно-каменной» цивилизации. Но он остается наиболее естественной для тела и психологически благоприятной средой обитания человека. Помимо уже сказанного, оснований для такого утверждения много. Хорошо организованное печное отопление деревянного сруба ― это идеальный кондиционер. Из трубы вместе с дымом выходит прогретый воздух, который непрерывно вытягивается из жилых помещений (печь работает как своеобразный насос). При этом через разнообразные щели в окнах в помещение затягивается свежий холодный воздух, взамен «старого» воздуха, обедненного кислородом и содержащего различные испарения. Кто жил в хорошем срубе, знает это по ощущениям особого телесно-душевного комфорта. Помимо описанного физического комфорта, печное отопление — это и треск полыхающих в печи дров, и чарующие красные блики пламени, и таинственно-успокаивающее мерцание углей, и вой ветра в трубе, когда в ночном теплом уюте лежишь в постели. Это то, что нужно человеку для благоприятной телесно-душевной жизни, что почти ушло и вытеснено бетонными стенами и плоскими прагматическими «истинами». Деревянный сруб таит в себе архетип российской ментальности, не станет его — исчезнет нечто своеобразное и родное из жизни наших соотечественников. Пространство российской деревянной архитектуры органично сочетает идею частной жизни и жизни в общении («в миру»). Если вы проживаете в двух- этажном срубе, в случае пожара (не дай Бог!), вы прыгаете из окна на траву или снег и, будучи живы, печалитесь о потере имущества. А при пожаре в железобетонной башне (увы, таких событий немало) вы прыгаете с 10-го, 16-го, 122-этажа, а переживают потерю человека уже ваши близкие и очевидцы. Деревянный сруб с резными наличниками, карнизами, полотенцами; с яблонями, вишнями, рябиной и черемухой вокруг, одно-двух- этажный ― это то, что нужно человеку. Дом-башня ― это то, что нужно капиталу для экономии средств на строительство в центральной (конечно, с потесненными историко-архитектурными ценностями) зоне городов. Словом, небольшой дом соразмерен человеку, а многоэтажная башня ― соразмерна не человеку, а экономике. Но душевно-духовные потребности человека и наилучшие условия обитания его тела плохо совместимы со страстью обладания большими вещами и большими денежными средствами. Многие современные предметы жилища изготовлены из синтетических полимерных материалов или их содержат: мебель, покрытия для полов, стен, лаки и краски. Для любого полимера применимо понятие «молекулярно-массовое распределение», а, просто говоря,— в любом полимере неизбежно (а при воздействии света, температуры и кислорода в повышенном количестве) присутствуют летучие низкомолекулярные фракции. Что значит «летучие»? — а это значит, что они присутствуют в атмосфере жилища, приводя к аллергии и производным заболеваниям: астма, ринит, конъюнктивит, рак легких (краски и лаки выделяют много бензола, синтетические клеящие вещества ― толуол, ДСП ― формальдегид, линолеум ― фенол, моющиеся обои ― стирол, и т.д. и т.п.). В традиционном деревянном жилище (сруб, известковая штукатурка, меловая побелка) всего этого просто нет! Недавно, перечитывая сборник российских поэтов Серебряного века, я отметил ― какими бы разными они ни были и о чем бы ни писали ― во многих стихотворениях представлены образы вечера и ночи, березы, ароматной черемухи, шума ветра и дождя. Вот строки из сонета Ин. Анненского «Ноябрь»:
Как тускло пурпурное пламя,
Как мертвы желтые утра!
Как сеть ветвей в оконной раме
Все та ж сегодня, что вчера…
В тумане солнце, как в неволе…
Скорей бы сани, сумрак, поле,
Следить круженье облаков
Да, упиваясь медным свистом
В безбрежной зыбкости снегов
Скользить по линиям волнистым….
В каменно-железобетонной высотке мы не увидим «сеть ветвей в оконной раме», не услышим шелеста листьев и постукивания веток о стекло. Такое жилье более или менее удобно для тела, но оно — не лучшее обиталище для души.
Теперь продолжу обоснование значимости концепции антропологической соразмерности в других сферах человеческого существования в предельно краткой форме.
Время, скорости и темп жизни На что уходит наше время? Все больше и больше людей постоянно занято чем-то, но это «что-то» — не личные отношения, не задушевные беседы, не созерцание людей и природы. Это «что-то» есть цель homo vulgaris, в которого в процессе труда превратился homo sapins, homo moralis. «На этой неделе я занят, созвонимся на следующей»,— вот обычная реплика. Чем же этот «Я» занят? Ясно чем ― уходом (если не бегством) от настоящего в суетное существование «без слез, без жизни, без любви», без дружеского общения. Скорости передвижения людей самолетом не позволяют им адаптироваться ни телесно (приспособиться к иному климату, растительности, продуктам питания), ни психологически (настроиться на иное социокультурное окружение). Вспомним, что люди жили согласно природным циклам, от восхода до заката. Каждый знает по себе, как благотворно действует на душевное состояние пламя свечи или мерцающие угли в печи. Электролампочка же не вызывает каких-либо особых благоприятных состояний, а «бушующий» экран телевизора забивает в человеке человеческое. Интернет выбросил наших детей в поглощающий их бессонный мир, агрессивный для души и интеллекта.
Дружеская беседа, любовь и нечто иное Сейчас соразмерный нам человек-собеседник (чай вдвоем) вытесняется холодным экраном телевизора или компьютера. Нет ощущения живого человека рядом, нет тактильного общения (особенно необходимого для телесно-душевного здоровья детей), нет встречи взглядов… И это верно не только для одиноких людей, но и для семей. Любовь покидает современную цивилизацию вместе с выветривающейся красотой отношений. Вот стихи В. Тушновой, написанные в середине прошлого века:
И живешь-то ты близко,
Почти что бок о бок,
В одной из железобетонных коробок,
А солнца не видим,
А ветром не дышим,
А писем любовных друг другу не пишем…
Светлые радости детства Детские парки превратились в места острых ощущений: монстры в потемках, закладывающий уши звук, сверкание неоновых вспышек и пронизывающие лазерные лучи. Вспоминаю совсем другое — хорошее. Старинный парк в Казани, называвшийся с позапрошлого века Русская Швейцария. Лето, ветерок, говор людей, пение птиц, умиротворяющий шелеста листьев… На лужайке, поросшей полевой травой (не стриженный газон) устроена круговая железная дорога. Маленький паровозик с маленькими скрипучими вагончиками. Дети покупают билетики в дощатой будочке и передают их вежливому небольшому человеку. Рассаживаются по вагончикам. Поезд отправляется в путь по кругу, а дети машут родителям. Вокруг зелено, запах чуть пожухлой травы. Мизерная цена и, конечно, никакой рентабельности в коммерческом смысле. Это было по-человечески. Это было хорошо не только для ушедшего века, это хорошо для детей и родителей во все времена.
Места проживания, отдыха и здоровье Куда мы едем отдыхать? Туда, где резко другой климат, микрофлора, продукты питания. Что мы получаем? Удар по иммунной системе и, соответственно — по здоровью. Среди моих знакомых были люди, которые скончались вскоре после прекрасного отдыха в жарких странах. Такой отдых нужен не нам, а туристическому бизнесу. Проще говоря, человек районирован через приспособление его предков к конкретной географической, климатической, трофической (пищевой) среде обитания. Космополитизм, конечно, хуже для человека, чем просветленный (не националистический) патриотизм («где родился ― там и пригодился»). Жизнь в родном культурном окружении ― национальные песни и танцы, кушанья и напитки, народные герои и святые места, «дым отечества». Кто-то может жить вне всего этого, но это пресная жизнь без того жизнеутверждающего и прекрасного, что дает хотя бы один только фольклор. На концерте хора им. Митрофана Пятницкого такой человек увидит только хореографическое мастерство и услышит лишь профессиональное хоровое пение, но не сможет почувствовать самого важного — как в целостном представлении дышит и живет вся Россия.
Духовная, интеллектуальная и душевная жизнь человека «Бог умер» — сказал Ницше, характеризуя декаданс наступивших времен.. Бог умирает в душах многих людей: вместо веры в Единого Бога, т.е. веры в Истину и Жизнь, ментально-душевный мир замутняют разнообразные формы язычества, оккультизма, сектантства. «Правда краше солнца» — так говорят в народе, тем не менее PR — технологии обмана и манипулирования людьми стали чрезвычайно востребованными, а владение ими — престижная профессия. Мы оперируем килобайтами, мегабайтами, гигабайтами информации, но лишь в смысле «перелопачивания» её компьютерными средствами. Для человека возможно владеть гораздо меньшими объемами информации, главное — чтобы эта информация была ценной, осмысленной. «Мороз и солнце, день чудесный» — занимает всего несколько байт. Стоит отойти от экрана, выключить свет, открыть окно и посмотреть на небо, на ветки одиноких деревьев, на редких пешеходов, прислушаться к шуму ветра, вьюги, дождя — и мы получим объемную качественную информацию о мире, значительно лучшую, чем плоские образы плоских экранов. Приметы нашего века: вместо созерцательности — суета, вместо душевной радости — пресыщенность, вместо любви — удовлетворение, вместо Духа («Царствие Божие в вас есть») — экономический расчет. Словом, в сравнении с прошлым веком с точки зрения антропологической соразмерности мы видим малые приобретения и большие потери. Мерила современного искусства: массовость, наполняемость, окупаемость. Это ценности социально-экономические, а не духовно-эстетические. Классические формы высокого искусства (соразмерные высшим предназначениям человека) уйдут в небытие без меценатов и государственной поддержки. Почему сознательно «раскручиваются» певцы с плохими голосами, никудышным артистизмом и пошлым репертуаром? Потому, что они манифестируют массам: мы такие же, как вы, выбились в «звезды» без каких-либо усилий по самоусовершенствованию, мы понятны вам, вы понятны нам ― мы масса, а за эту доступную любому обывателю «партийность» стоит заплатить. Это пример дурной антропологической соразмерности ― соразмерности так называемого «искусства», порождаемого шоу-бизнесом, пошлой составляющей человека. Ортега-и-Гассет в работе 1930 года «Восстание масс» говорит, что человек массы получает удовлетворение от ощущения идентичности себе подобных. На эту же тему высказался в 1964 году Г. Маркузе в работе «Одномерный человек», говоря о сокрушительной силе потребительского стандарта.
В заключение отмечу, что антропологическая соразмерность не во всех конкретных составляющих универсальна или приемлема для всех людей (она универсальна только как концепция). Можно выделить и общечеловеческие нормы антропологической соразмерности (например, высота жилища не более 2-х этажей), и национально-географические (например, украинец съест без риска заболеть больше сала, чем русский), и групповые, и сугубо индивидуальные (это многие нюансы предпочтительности в организации жилища, в формах одежды, в питании, в жанрах и направлениях искусства и т.д.). Приведу характерный и весьма показательный пример национально-географической особенности антропологической соразмерности в питании. Мой близкий знакомый пригласил для строительства сруба жителей соседней Республики Марий Эл. Желая их угостить получше, он купил в супермаркете салаты с креветками, кальмарами, копченую курицу. Плотники поинтересовались содержимым необычных кушаний, затем отказались от них: мы не станем это есть, мы не морские жители, а лесные. Курицу же попробовали и сказали: это не курица. И ели они кашу, огурцы и тушеную говядину, произведенную в родной республике. Важно, что эти деревенские жители естественным образом высказали нормы антропологической соразмерности в отношении к питанию, ведь им нужны силы и здоровье, чтобы жить и работать, а экзотические вкусовые удовольствия — удел пресыщенных гурманов.

206
Комментарии (0)
  • Желаете ознакомиться с остальными комментариями или оставить свой? в сеть, чтобы получить полный доступ к функционалу Профессионалов.ru! Еще не участник сети?