Церковь избрала Патриарха. Что дальше?
31 января 2009 в 18:43

Церковь избрала Патриарха. Что дальше?

Церковь избрала Патриарха. Что дальше?
Юрий Белановский

http://www.aif.ru/society/article/24273

Опубликована: 30 января 2009 18:15:17

27 января 2009 года поздно вечером были оглашены результаты голосования на Поместном Соборе Русской Православной Церкви. Шестнадцатым Патриархом Московским и всея Руси стал митрополит Смоленский и Калининградский Кирилл

В связи с этим фактически все информационные агентства задаются вопросом, что ждать от нового Патриарха? Куда и как он поведет корабль Церкви?

Я — рядовой член Русской Православной Церкви и имею некоторый опыт работы и организации церковно-просветительской, молодежной и социальной деятельности. Меня, как и многих других, также интересует эта тема. Я не могу гадать и выдумывать, что нас ждет. Я могу постараться описать то положение дел, что сложилось сегодня в области, понятной мне, и попытаться сформулировать важные задачи, стоящие перед нашей Церковью, а значит, и перед новоизбранным Патриархом.
Что мы имеем?

Самое главное, что мы имеем на данный момент — это свободную жизнь Русской Православной Церкви. В ее дела никто не вмешивается, она самостоятельно решает свои внутренние вопросы и сама выстраивает свои внешние отношения, исходя из важных для нее принципов и интересов. Любой человек нашей страны может беспрепятственно исповедовать православие. Повсеместно совершается Богослужение, и так или иначе, хотя бы раз в году, любой житель нашей страны имеет возможность исполнить завет Самого Спасителя — причаститься Тела и Крови Христа.

20 свободных лет церковной жизни принесли свои плоды. Была построена небывалая инфраструктура. Не только восстановлены и построены заново тысячи храмов, возрождена система подготовки кадров, но и налажена общая система управления церковью, созданы новые епархии. Произошел переход от советского периода к современности, совершенно иному государственному и экономическому устройству. Была сформирована система ответственных подразделений управления церкви: комиссий, синодальных и епархиальных отделов.

Церковь обрела возможность не только открыто обращаться к людям, но и получила доступ к самым массовым средствам информации, а также завела собственные СМИ. Голосу церкви доверяет огромное количество людей. Церковь смогла не только сделать доступным для масс основные источники своей традиции,— священное писание и авторитетные творения церковных писателей, богослужение,— но и творчески откликнуться на действительность и показать, какие вопросы и темы церковь считает своими. Были расставлены акценты в области компетенции церкви и решены многие острые вопросы. Были налажены взаимоотношения с государством, обществом и другими традиционными для нашей страны религиозными группами. За это время достаточно четко вырисовались и в некоторой степени окрепли эти связи. На фоне постперестроечной вседозволенности только церковь проповедует здравомыслие и нравственность. Часто именно Русская Церковь была и остается единственным проповедником нашей родной русской культуры и патриотизма.

Все это вселяет уверенность в возможности дальнейшего роста Православной Церкви; и не только роста, но и устройства того, до чего пока не доходили руки или не было времени.
Несколько слов о новоизбранном Патриархе.

Если говорить о личных качествах, то, насколько я могу судить, митрополит Кирилл по-своему уникальный человек. Мало кто из архиереев Русской Церкви имеет соответствующий уровень воспитания и образования, столь яркий дар слова, умение вести диалог, слушать и слышать оппонента. О многом говорит знание нескольких иностранных языков. У нареченного Патриарха есть опыт работы практически во всех областях церковной жизни, как внутренней, так и внешней. Прежде всего, он правящий епископ с почти 25-тилетним стажем, то есть он изнутри знает пастырскую, приходскую, богослужебную, административную, экономическую и прочие стороны жизни епархии. Его опыт ректорства в Ленинградской духовной академии и создание Смоленской духовной семинарии не оставляет митрополита Кирилла в стороне от проблем подготовки священников, да и вообще организации духовного образования. Уникален его опыт взаимодействия с представителями властей, общественности, науки, интеллигенции не только в России, но и во многих других странах. Немаловажно то, что митрополит Кирилл участвовал в значимых для церкви мероприятиях и переговорах, если можно так выразиться, в разные эпохи. Начинал он еще в разгар холодной войны.

Из тех дел, по которым мы можем судить о новоизбранном Патриархе, остановлюсь на том, что мне известно из опыта. Я говорю о так называемом Отделе внешних церковных связей Московского патриархата. Митрополит Кирилл возглавил его в 1989 году. Как бы это не выглядело странным, но это одно из очень немногих церковных учреждений, где не только была налажена и поныне осуществляется серьезная и разнообразная работа, но и как-то удивительно выстроены взаимоотношения сотрудников, в том числе и начальства с подчиненными. Насколько я могу судить по личному опыту, они строятся на взаимном личном и профессиональном доверии и уважении. ОВЦС занимается такими серьезнейшими вопросами, как взаимоотношения между Православными Поместными церквями (я думаю, всем известны очень непростые отношения с Константинопольским патриархатом); взаимоотношения с инославными — Католической церковью и протестантскими церквями; взаимоотношения с иными религиями, с иными государствами на территории которых есть приходы РПЦ; взаимоотношения с государственными властями в России, крупными общественными объединениями, политическими партиями, светскими СМИ. При ОВЦС организована специальная аспирантура.

Многие мероприятия и события значимые для Русской Церкви были подготовлены и осуществлены силами или при участии ОВЦС. Стоит назвать подготовку таких важнейших документов как «Основы социальной концепции», «Основные принципы отношения к инославию Русской Православной Церкви», «Основы учения Русской Православной Церкви о достоинстве, свободе и правах человека».

Необходимо вспомнить, что воссоединение Русской Православной Церкви с отколовшейся от нее Русской Православной церковью Заграницей было подготовлено и проведено во многом силами ОВЦС. Дело в том, что за столь ярким и радостным событием стояли долгие годы переговоров, взаимного диалога, определенных уступок, подготовки документов. Последнее было чрезвычайно сложным делом, поскольку на бумаге необходимо было зафиксировать основные принципы воссоединения в таких словах и выражениях, которые бы удовлетворили всех. В итоге появился «Акт о каноническом общении» двух церквей.

Упомянем и Всемирный саммит религиозных лидеров, пошедший в Москве в июле 2006 года. Этот форум собрал более ста глав и представителей религиозных общин из различных стран и показал, что религиозность — это не архаичное явление, не «опиум для народа», а особый образ жизни, свойственный человеческой природе. Непреходящее значение этого саммита состоит в однозначном свидетельстве, что возможен диалог, что представители разных религий могут не только мирно обсуждать, но и единодушно высказываться о важнейших для общества вопросах.
Что предстоит сделать?

В СМИ уже неоднократно озвучивалось, что столь уникальный и серьезный опыт митрополита Кирилла и возглавляемого им Отдела внешних церковных связей жизненно необходим нашей Церкви. Многие аналитики ожидают, что системный диалогический подход будет реализован для развития и укрепления внутренней жизни Церкви. К примеру, за время свободного существования Русской Церкви сложились целые внутренние, в большой степени самодостаточные, сообщества: монашествующие, священники, миссионеры, прихожане. Со всеми ими новоизбранному Патриарху придется искать общий язык, стремиться понять их внутреннюю жизнь, их ценности.

Я скажу о том, что мне более понятно и известно из моего опыта церковной деятельности — о тех вопросах, решение которых мне представляется очень важным. Во-первых, необходимо построение системы церковного просвещения. Есть множество инициатив, среди которых — достаточно крупные и талантливые проекты; но они, как правило, частные. Двадцать лет — немалый срок для накопления и осмысления опыта. Пришло время всерьез задуматься об общецерковном документе, регламентирующем прием в церковь новых членов и их подготовку. Пора так или иначе сворачивать практику коммерческих отношений: заплатил — покрестился/повенчался — ушел — забыл. Говоря церковным языком, жизненно важно «ставить на ноги» катехизацию — систему обучения новообращенных и введения их в традиционную жизнь церковной общины.

Откладывание этого в «долгий ящик» приведет к тому, что народные инициативы и даже религиозные чаяния будут укореняться в псевдоправославные формы религиозности, способные вытеснять веру Христову. Пензенские пещеры — это крайний случай, но это тот рубеж, к которому текут пущенные на самотек непросвещенные церковным учением наши соотечественники. Церковь должна взять ответственность за те 70-80% крещеных и венчанных людей нашей страны, которые даже не знакомы со Священным Писанием.

Во-вторых, настало время сделать первые системные шаги в поддержку общинной христианской жизни. В советское время по понятным причинам сложилась практика так называемых церковных приходов. В большинстве случаев — это некоторая группа людей, периодически так или иначе посещающих конкретный храм для участия в богослужениях. Отношения между духовенством и мирянами часто строятся по принципам назидания и управления. Миряне не могут сколь-нибудь серьезно влиять на жизнь прихода.

Община — это нечто другое, она больше похожа на семью, это сообщество христиан, возглавляемое священником, где все равны, но где служения различны. Община отличается тесным общением членов (братьев и сестер во Христе), совместными молитвой и делами, досугом, взаимным доверием и взаимопомощью. Голос и нужды членов общины не менее важны, чем священнические. Роль главы общины определяется словами Христа: «Я — пастырь добрый: пастырь добрый полагает жизнь свою за овец»; «вы — друзья Мои»; «князья народов господствуют над ними, и вельможи властвуют ими, но между вами да не будет так: а кто хочет между вами быть большим и первым, пусть будет последним и всем слугою». В общинах нет формализма, но, как и в семье, трудности и болезни одного — это скорбь всех, радость одного — это счастье для других.

Понятно, что после советского периода богоборчества должно было пройти время, прежде чем и священники и миряне научились бы жить в свободе и доверии. Сколько еще приходская модель церковной жизни будет определяющей, и когда общинная модель займет ее место, зависит, в том числе, и от новоизбранного патриарха.

Юрий Белановский
заместитель руководителя Патриаршего центра духовного развития детей и молодежи при Даниловом монастыре в Москве

119
Комментарии (0)