Top.Mail.Ru
«Сейчас из Люксембурга в Россию идет больше денег, чем из...

«Сейчас из Люксембурга в Россию идет больше денег, чем из России в Люксембург»

«Сейчас из Люксембурга в Россию идет больше денег, чем из России в Люксембург»

Приложение к газете «Коммерсантъ» № 4 (4) от 08.04.2010
В чем секрет люксембургской экономической модели, о том, какие секторы бизнеса перспективны для инвестиций в ближайшие 10–15 лет, и судьбе российских компаний в Люксембурге рассказал министр экономики и внешней торговли герцогства ЖАНО КРЕКЕ.

GUIDE: Что способствовало стремительному успеху финансового сектора Люксембурга?

ЖАНО КРЕКЕ: Успех финансового сектора Люксембурга, особенно в самом начале его развития, строился на privacy — неприкосновенности частной информации. Уважение к чужим секретам вообще отличительная черта Люксембурга и его граждан, и это касается не только финансов. Начиная с 1950-х годов к нам хлынули евродоллары — американские деньги. Евро тогда еще не было, но доллары легко можно было обменять на нашу валюту и инвестировать их в развитие своего бизнеса в герцогстве в том числе.

G: Чем привлекателен Люксембург для частных лиц?

Ж. К.: У нас нет и не было правила о минимальном депозите в Центральном банке, которое существует в других странах. Некоторые страны принимали законы, которые не всегда нравились их гражданам. Когда, например, Бельгия приняла ряд законов о подоходном налоге, часть бельгийцев стала переезжать — и не только в Люксембург, но и в Голландию. Туда, где они могли жить более свободно. В Германии подоходный налог был введен в 1988 году, и часть немцев также переехала в Люксембург. На самом деле и в Люксембурге они обязаны были платить подоходный налог, но не такой большой. Теперь, чтобы избежать подобных проблем, по моим наблюдениям, в Люксембург приезжает все больше людей, живущих за пределами ЕС.

G: В Люксембурге живут русские?

Ж. К.: Да. Впрочем, мы не первые импортеры российских денег. Думаю, мы занимаем в этом рейтинге 12-е или 11-е место. Когда речь идет об импорте денежных средств, то на первом месте Швейцария. Что же касается экспорта денег в Россию, то в течение первых трех кварталов 2010 года и в прошлом году Люксембург был первым экспортером среди всех стран мира. Это значит, что сейчас из Люксембурга в Россию идет больше денег, чем из России в Люксембург. Стоит уточнить, что это деньги Западной Европы, а не жителей Люксембурга.

G: Как относятся к русским в Люксембурге?

Ж. К.: В 2005 году в Люксембурге появились русские бизнесмены. Одним из первых был господин Евтушенко, я с ним встречался. Он хотел разместить здесь часть своего бизнеса — компании АФК «Система» — и войти в состав акционеров East-West Bank. Еще была история с господином Мордашовым, попытавшимся поглотить «Арселор». Он оставил впечатление о себе как об интересном металлурге. Совершенно противоположное тому, которое остается от общения с некоторыми богатыми русскими, бросающими деньги на ветер. Поначалу русских встретили прохладно, скажем так. Но с тех пор прошло немало времени. Сегодня здесь работает много русских бизнесменов. Не секрет, что в Люксембурге размещается штаб-квартира «Евраза».

G: Почему иностранные компании так охотно открывают штаб-квартиры и производственные мощности в Люксембурге?

Ж. К.: Открытие в Люксембурге штаб-квартир иностранных компаний превратилось в последнее время в активный вид деятельности. Это происходит благодаря высокому уровню жизни и безопасности в нашей стране. Мы упрощаем визовый режим для тех, кто занимается в Люксембурге серьезным бизнесом. Но размещение в герцогстве штаб-квартиры интересно не только русским. К примеру, три дня назад я встречался с представителями компании Intelsat. У Intelsat 54 спутника, транслирующих телевизионный сигнал. Для размещения штаб-квартиры телекоммуникационные компании Eutelsat, SES выбрали именно Люксембург, поскольку мы были первыми в Европе, кто разрешил устанавливать на своей территории подобное оборудование. Теперь Intelsat хочет разместить у нас свою штаб-квартиру. Пока же она находится то ли на Виргинских, то ли на Багамских островах или что-то в этом роде. Почему? Потому что сейчас эти острова попали в черный список из-за отсутствия у них с Европой необходимого количества двухсторонних налоговых соглашений.

G: Проще говоря, острова — это офшоры. А Люксембург — государство, разделяющее общеевропейские законы о налогообложении?

Ж. К.: Да, у нас прекрасная система двусторонних налоговых соглашений с другими странами. Здесь компании получают быстрый доступ к кредитам, инвестициям, другим финансовым институтам, членам правительства. Не секрет, что министры кабинета открыты для общения и конструктивного взаимодействия. В Люксембурге инвесторы чувствуют себя в безопасности, и они это ценят. Наш курс развития не претерпевает больших изменений. Мой предшественник был представителем другой политической партии, но я продолжаю движение в том же направлении, поскольку у нас есть разработанный общий взгляд на то, как должен развиваться Люксембург. Инвесторы понимают, в каком направлении будет развиваться герцогство в ближайшие десять лет, знают, что мы не преподнесем им радикальных сюрпризов. Наличие в стране стабильности серьезный аргумент, когда бизнесмены ищут место для размещения штаб-квартиры своей компании, и мы ее предоставляем. Поэтому многие, кто хочет обосноваться на рамках европейских стран, выбирают Люксембург в качестве базовой платформы.

G: Какую поддержку на государственном уровне вы готовы оказывать таким компаниям?

Ж. К.: Ни о какой особенной поддержке говорить нельзя. Правила приема иностранных инвестиций хорошо регламентированы и определяются Брюсселем, то есть Европейским содружеством. Вы знаете, что нас контролирует Еврокомиссия, и если мы окажем финансовую поддержку компании, не имея на это права, то вернуть деньги должна будет сама компания. Не государство или правительство, а частная компания. И к соблюдению правил здесь относятся внимательно.

У нас есть возможности помогать на региональном уровне. Это значит, что, например, в северных регионах вы можете рассчитывать на помощь в инвестициях (до 10%), если проект отвечает ряду критериев. Но возможность предоставления помощи зависит от состояния, в котором находится регион. Скажем, одно дело, если вы решаете открыть производство в районе с высоким уровнем безработицы, и другое — если вы захотите сделать то же самое в город Люксембурге. Люксембург не считается слабым регионом. Так что оказывать инвестиционную поддержку в Люксембурге нельзя, за исключением очень мелких компаний, но их мало.

Бизнесмен может получить поддержку правительства Люксембурга в научных исследованиях, но и здесь тоже вся помощь регламентируется Брюсселем. Также можно рассчитывать на господдержку, если вы работаете в сфере развития технологий по охране окружающей среды и экономии энергии.

G: Какие инвесторы сейчас особенно активны в Люксембурге?

Ж. К.: В Люксембурге сейчас наблюдается высокая активность среди инвесторов Ближнего Востока, решающих, в какие страны им лучше инвестировать деньги. Раньше они выбирали Лондон, Женеву, Мюнхен, Цюрих, а теперь хотят диверсифицировать риски. Многие из них везут часть денег в Люксембург. Их размещение не имеет никакого отношения к европейским правилам, поскольку инвесторами в данном случае являются не европейские граждане. Мы привлекательны для подобных инвесторов тем, что вводим законы шариата в нашу банковскую систему. Нужно смотреть на годы вперед. Уже не один год мы серьезно обсуждаем стратегию развития на уровне «большой двадцатки».

G: Сказался ли мировой кризис на экономике Люксембурга?

Ж. К.: Да. Двум банкам — BGL BNP Paribas и Dexia — пришлось мгновенно оказывать поддержку. Банк BGL BNP Paribas был связан с Fortis, у которого первого в Европе во время этого кризиса возникли большие проблемы. Теперь BGL BNP Paribas отделился от Fortis, но мы должны оказывать ему поддержку. Люксембургское правительство получило долю в банке, нам принадлежит 34% люксембургского банка BGL BNP Paribas. Но когда-нибудь мы выйдем из состава акционеров. Вместе с правительством Бельгии и Франции мы предоставили гарантии крупному европейскому банку Dexia. Пострадали и другие банки. Мы ощутили на себе кризис в финансовом секторе, но не так сильно, как в других европейских странах. По-настоящему плохие времена в экономике наступили, когда почувствовала спад наша промышленность и все другие секторы экономики: сталелитейный сектор (заводы «Арселор» находятся в пяти городах страны, в трех из них они градообразующие, как вы бы сказали). Спрос и производство стали на этих предприятиях упали на 30-40%. Аналогичное падение производства справедливо и для компании Goodyear, и для других крупных международных компаний, которые работают в Люксембурге. Замедлились темпы строительства. Должен сказать, что до кризиса строительный сектор очень активно развивался, теперь же его темпы роста замедлились, так как финансовый сектор еще не восстановился, а он в первую очередь нуждается в новых зданиях, новых офисах.

G: Как кризис сказался на подданных герцогства?

Ж. К.: Подданные и те иностранцы, которые приезжают к нам каждый день на работу, не сильно ощутили кризис, так как многие работают в госсекторе и других смежных областях (в социальной сфере, например), которые кризис пока не затронул. Сейчас мы ведем переговоры с коллегами из социальной сферы, ищем наименее болезненные для жителей страны выходы из кризиса. Сейчас у нас дефицит бюджета, и нам нужно с ним справиться. Мы планируем сделать это к концу 2014 года и достичь госдефицита 0% от ВВП. Это основа социальной безопасности, стабильности муниципалитетов и центрального правительства. Когда разразился кризис, дефицит бюджета составлял 6% от ВВП. Это ничто. Теперь, думаю, этот дефицит достигает 15%. И нам нужно быть осторожными, чтобы не зайти слишком далеко. Об этом должны задумываться во всех странах Европы.

G: Что вы думаете по поводу ситуации в Греции? Как она повлияет на ЕС и что будет с евро в ближайшее время?

Ж. К.: Мне кажется, что финансовые рынки оценивают ситуацию не так, как следовало бы. Как получилось, что на Грецию, дефицит которой составляет 3% от ВВП еврозоны, обращают такое пристальное внимание, а на США, дефицит которых составляет более 10%, финансовые рынки не реагируют? Странно это. Возьмите, к примеру, Португалию и Испанию — значение их дефицита ничто по сравнению с дефицитом всей еврозоны и даже США. У меня такое впечатление, что ситуация неправильно оценивается. Это не нормально. Да, у Греции проблема, но Греция лишь небольшая часть еврозоны. Мы сделаем все, чтобы она вышла из кризиса. Для осуществления этого у нас есть инструменты, и мы поможем ей. Конечно же, мы не дадим Греции рухнуть, как Lehman Brothers. Еврозона не рухнет из-за Греции, потому что в ней есть еще 16 сильных стран. Греция только ее часть. И мы будем поддерживать ее, как поддерживаем Португалию, у которой немало проблем. Безусловно, восстановление будет стоить нам немалых денег. Похожие проблемы были и раньше, но тогда у нас не было общей валюты. Я не считаю, что ситуация Греции серьезнее того, что происходит сейчас на финансовых рынках. Слишком много разных слухов и спекуляций.

G: Легко ли люксембургским компаниям на российском рынке?

Ж. К.: Новички, конечно, обращаются ко мне за помощью. Они часто просят поддержки. Ведь нужно привыкнуть к некоторым особенностям работы в России. Например, когда меняется губернатор в провинции, то может поменяться и представление о том, как должно идти развитие региона. Могут поменяться законы — например, каким образом будет предоставляться земля и на каких условиях. Безусловно, новым компаниям нужна помощь. Но у нас прекрасное посольство в России, оно принимает активное участие в оказании поддержки нашим компаниям, направляет их. Благодаря своей открытости посольство привело в Люксембург немало компаний, а теперь направляет в Россию тех, кто проявляет интерес к российскому рынку и хочет заниматься там бизнесом. Я всегда советую компаниям действовать через посольство. Нам необходимо активное сотрудничество с РФ, Китаем, Индией и другими масштабными рынками, иначе Люксембург перестанет быть Люксембургом.

G: Что важнее для герцогства — помогать продвижению своих компаний в РФ или же привлекать российские компании в Люксембург?

Ж. К.: И то и другое. Мы предлагаем хорошие условия для ведения российского бизнеса в Люксембурге, но также и рекомендуем нашим компаниям активнее выходить за пределы страны, нежели раньше, создавая совместные предприятия. Потому что в ближайшие годы Европа будет развиваться более медленными темпами, чем развивающиеся страны — Бразилия, Россия, Индия, Китай и др. Их ВВП гораздо выше ВВП Европы и даже США. Так что я советую компаниям идти туда, где есть рост, где есть большие рынки. А Россия — один из крупных рынков. Даже несмотря на то что сейчас рынки развивающихся стран в трудном положении, ситуация изменится, произойдет восстановление и покупательская способность будет стремительно расти.

350
Комментарии (0)

Выберите из списка
2010
2010
2009