Когда запляшут старушки?

Когда запляшут старушки?Автор:
Вячеслав Костиков
Статья из номера:
АИФ № 20 
от 13 мая 09 
http://aif.ru/society/article/26717
Несмотря на то что население в целом приноровилось к жизни по-капиталистически, в стране не спадает ностальгия по «советскому образу жизни». В том числе и в сфере культуры.

Телевидение активно эксплуатирует это обстоятельство. При кризисном сокращении съёмок новых фильмов и сериалов, рассчитанных на широкую аудиторию, на телевидении вовсю крутят старые советские ленты.

На днях демонстрировали «Волгу-Волгу» — один из самых талантливых образцов советского агитпропа. В фильме есть всё, что соответствовало лозунгу «Искусство принадлежит народу». Простодушный народ, мудрая культурная политика партии, дозированная смесь фольклора и доступной для неискушенного уха классики. И всё это сдобрено светлым советским юморком. Хор пожарных поёт:

«Старые клёны цветут
на опушке,
Пляшут у нас старики
и старушки…»

Можно, конечно, и посмеяться. Но если вспомнить реалии советской жизни тех лет, то станет ясно, что за этим киношным «наивом» стоит (вернее, стояла) сознательная и целостная культурная политика. Политика приобщения населения к культуре. Частью этой политики был ликбез — ликвидация безграмотности, продиктованная потребностями индустриализации. После раскулачивания, коллективизации и страшного голода 30-х гг. в города хлынули огромные массы безграмотного сельского населения. Чтобы впрячь его в сталинскую индустриальную колесницу, нужно было создать из крестьянской массы городские «трудовые резервы», обладающие хотя бы минимумом образования и культуры.
Сталинский ликбез

Не следует обольщаться сталинской заботой о культуре: её поднимали до такого уровня, чтобы население могло оценить всю «мудрость политики великого Сталина», но не до такой степени, чтобы массы хотя бы на минуту могли усомниться в линии партии. Партии нужны были миллионы стахановцев — крепких и ни в чём не сомневающихся парней и девчат. Чтобы их культурно подковать, по всей стране была создана сеть клубов и домов народного творчества. Клуб имелся практически в каждом крупном селе, при каждом большом заводе или фабрике. Регулярно проводились смотры народного творчества, а от известных коллективов и артистов требовалось, чтобы они «несли культуру в массы». Даже признанные мастера, блиставшие в Большом театре, ежегодно совершали десятки гастрольных поездок.

Нынешняя культура фактически полностью отгородилась от народных потребностей. Молодёжь, «поколение пепси», практически не включает телевизор, удовлетворяя культурные, познавательные и досуговые интересы в Интернете, а нетелевизионная культура переключилась на обслуживание узкого слоя богатой элиты.
Опустынивание

Средний по возрасту и по доходам пласт населения (а это основная масса россиян) практически полностью выпал из культурной жизни. Прежде всего из-за финансовых ограничений. За последние 15 лет цены на билеты в театры и на концерты выросли в сотню раз. В Москве и областных центрах (если у местных властей хватает ума) ещё поддерживаются очаги доступной культуры. Но в десятке километров от больших городов идёт настоящее культурное опустынивание. В стране исчезло более 10 тыс. драматических театров и более 30 тыс. хоровых и хореографических коллективов. У нас на тысячу населения в 10 раз меньше театров, чем в Финляндии.

Погоня за рентабельностью и сверхдоходами привела к почти полному «сбрасыванию» не только социальной, но и культурной сферы. Закрыты тысячи рабочих клубов, где наши «старики и старушки» могли незатейливо попеть и поплясать и где «мальчишки и девчонки» могли приобщиться хотя бы к азам культуры. Если в первые годы дикого капитализма на месте кинотеатров, клубов и выставочных залов размещались мебельные салоны и торговые центры, то сегодня их место занимают казино, салоны игровых автоматов, бутики.
Хотите коричневого?

В силу бедности доступ населения к культуре сегодня ограничивается главным образом телевидением. Но именно здесь царят пошлость и культурное убожество. Такое впечатление, что суть массовой телевизионной политики сводится к двум лозунгам — «разбуди в себе идиота» и «совокупляйся или умрёшь от скуки». Ну и, конечно, убийства, убийства, убийства. Всё это вызывает нарастающий протест.

Он не так заметен, поскольку в отличие от социального протеста культурный носит более скрытый характер. Но и в скрытом виде он усиливает раздражение населения. А оно не столь безобидно. Заталкивание народа в «культурное гетто» рано или поздно отзовётся в политике. И прежде всего скажется на уровне поддержки демократии. Уже сказывается. И дело не в том, что народ всё настойчивее высказывается за введение нравственной цензуры. Социологические опросы показывают, что сегодня лишь четверть россиян считают демократию полезной для общества. И неслучайно в регионах, где особенно ощутим дефицит культуры, набирают силы националистические и антидемократические тенденции.

Дело, конечно, не в том, чтобы снова, как при тов. Сталине, запустить культурный ликбез, чтобы «деды Щукари» и «бабки Трындычихи» опять заплясали под балалайку. Частушечного прошлого не вернёшь. Задуматься стоит над будущим: над тем, под какую музыку лет через десять запоёт молодёжь. И не будет ли эта музыка напоминать марши коричневых в Германии 30-х годов?

Вячеслав Костиков,
директор аналитического центра
«Аргументы и Факты»

224
Комментарии (0)

Выберите из списка
2018
2018
2017
2016
2015
2014
2013
2012
2011
2010
2009
2008